Неточные совпадения
— А где она тебе малины возьмет? — спросила Настасья,
держа на растопыренных пяти
пальцах блюдечко и процеживая
в себя чай «через сахар».
Иные рассуждали с жаром, другие даже
держали пари; но бо́льшая часть была таких, которые на весь мир и на все, что ни случается
в свете, смотрят, ковыряя
пальцем в своем носу.
Но Тарас не спал; он сидел неподвижен и слегка барабанил
пальцами по столу; он
держал во рту люльку и пускал дым, от которого жид спросонья чихал и заворачивал
в одеяло свой нос.
— Ах, ужаснее всего мне эти соболезнованья! — вскрикнула Кити, вдруг рассердившись. Она повернулась на стуле, покраснела и быстро зашевелила
пальцами, сжимая то тою, то другою рукой пряжку пояса, которую она
держала. Долли знала эту манеру сестры перехватывать руками, когда она приходила
в горячность; она знала, как Кити способна была
в минуту горячности забыться и наговорить много лишнего и неприятного, и Долли хотела успокоить ее; но было уже поздно.
Упав на колени пред постелью, он
держал пред губами руку жены и целовал ее, и рука эта слабым движением
пальцев отвечала на его поцелуи. А между тем там,
в ногах постели,
в ловких руках Лизаветы Петровны, как огонек над светильником, колебалась жизнь человеческого существа, которого никогда прежде не было и которое так же, с тем же правом, с тою же значительностью для себя, будет жить и плодить себе подобных.
― Является Корделия… вот! ― сказал Песцов, ударяя
пальцами по атласной афише, которую он
держал в руке, и передавая ее Левину.
— Давно вы пожаловали
в наши палестины? — заговорил Недопюскин мягким голосом, осторожно кашлянув
в руку и, для приличья,
подержав пальцы перед губами.
— То ись, значит, я… — заговорил мужик сиповатым голосом и с запинкой, встряхивая свои жидкие волосы и перебирая
пальцами околыш шапки, которую
держал в руках. — Я, значит…
Под ветлой стоял Туробоев, внушая что-то уряднику,
держа белый
палец у его носа. По площади спешно шагал к ветле священник с крестом
в руках, крест сиял, таял, освещая темное, сухое лицо. Вокруг ветлы собрались плотным кругом бабы, урядник начал расталкивать их, когда подошел поп, — Самгин увидал под ветлой парня
в розовой рубахе и Макарова на коленях перед ним.
— Меня? Разве я за настроения моего поверенного ответственна? Я говорю
в твоих интересах. И — вот что, — сказала она, натягивая перчатку на
пальцы левой руки, — ты возьми-ка себе Мишку, он тебе и комнаты приберет и книги будет
в порядке
держать, — не хочешь обедать с Валентином — обед подаст. Да заставил бы его и бумаги переписывать, — почерк у него — хороший. А мальчишка он — скромный, мечтатель только.
Клим подошел к дяде, поклонился, протянул руку и опустил ее: Яков Самгин,
держа в одной руке стакан с водой,
пальцами другой скатывал из бумажки шарик и, облизывая губы, смотрел
в лицо племянника неестественно блестящим взглядом серых глаз с опухшими веками. Глотнув воды, он поставил стакан на стол, бросил бумажный шарик на пол и, пожав руку племянника темной, костлявой рукой, спросил глухо...
Отделился и пошел навстречу Самгину жандарм, блестели его очки;
в одной руке он
держал какие-то бумаги,
пальцы другой дергали на груди шнур револьвера, а сбоку жандарма и на шаг впереди его шагал Судаков, натягивая обеими руками картуз на лохматую голову; луна хорошо освещала его сухое, дерзкое лицо и медную пряжку ремня на животе; Самгин слышал его угрюмые слова...
Чтоб пройти
в комнату, нужно, чтоб Николай посторонился, — он стоял посредине коридора,
держа в руке веник, а
пальцами другой безуспешно пытаясь застегнуть ворот рубахи.
Клим Иванович щелкнул
пальцами, ощущая, что вместе с Дроновым исчезло все, что
держало в напряжении самообороны. Являлось иное настроение, оно не искало слов, слова являлись очень легко и самовольно, хотя беспорядочно.
Клим подметил, что Макаров, закурив папиросу, не гасит спичку, а заботливо дает ей догореть
в пепельнице до конца или дожидается, когда она догорит
в его
пальцах, осторожно
держа ее за обгоревший конец.
Несколько смешна была ее преувеличенная чистоплотность, почти болезненное отвращение к пыли, сору, уличной грязи; прежде чем сесть, она пытливо осматривала стул, кресло, незаметно обмахивая платочком сидение;
подержав в руке какую-либо вещь, она тотчас вытирала
пальцы.
Держа в одной руке щетку, приглаживая
пальцами другой седоватые виски, он минуты две строго рассматривал лицо свое, ни о чем не думая, прислушиваясь к себе. Лицо казалось ему значительным и умным. Несколько суховатое, но тонкое лицо человека, который не боится мыслить свободно и органически враждебен всякому насилию над независимой мыслью, всем попыткам ограничить ее.
Облокотясь о стол, запустив
пальцы одной руки
в лохматую гриву свою, другой рукой он подкладывал
в рот винные ягоды, медленно жевал их, запивая глотками мадеры, и смотрел на Турчанинова с масляной улыбкой на красном лице, а тот, наклонясь к нему,
держа стакан
в руке, говорил...
— Петровна, — сказала Тося, проходя мимо ее, и взмахнула рукой, точно желая ударить старушку, но только указала на нее через плечо большим
пальцем. Старушка,
держа в руках по бутылке, приподняла голову и кивнула ею, — лицо у нее было остроносое, птичье, и глаза тоже птичьи, кругленькие, черные.
Пела она, размахивая пенсне на черном шнурке, точно пращой, и пела так, чтоб слушатели поняли: аккомпаниатор мешает ей. Татьяна, за спиной Самгина, вставляла
в песню недобрые словечки, у нее, должно быть, был неистощимый запас таких словечек, и она разбрасывала их не жалея.
В буфет вошли Лютов и Никодим Иванович, Лютов шагал, ступая на
пальцы ног, сафьяновые сапоги его мягко скрипели, саблю он
держал обеими руками, за эфес и за конец, поперек живота; писатель, прижимаясь плечом к нему, ворчал...
Самгин замолчал, отмечая знакомых: почти бежит, толкая людей, Ногайцев,
в пиджаке из чесунчи, с лицом, на котором сияют восторг и пот, нерешительно шагает длинный Иеронимов,
держа себя
пальцами левой руки за ухо, наклонив голову, идет Пыльников под руку с высокой дамой
в белом и
в необыкновенной шляпке, важно выступает Стратонов с толстой палкой
в руке, рядом с ним дергается Пуришкевич, лысенький, с бесцветной бородкой, и шагает толсторожий Марков, похожий на празднично одетого бойца с мясной бойни.
— Нет, вы подумайте, — полушепотом говорила Нехаева, наклонясь к нему,
держа в воздухе дрожащую руку с тоненькими косточками
пальцев; глаза ее неестественно расширены, лицо казалось еще более острым, чем всегда было. Он прислонился к спинке стула, слушая вкрадчивый полушепот.
Вся дрожа, сдернула она его с
пальца;
держа в пригоршне, как воду, рассмотрела его она — всею душою, всем сердцем, всем ликованием и ясным суеверием юности, затем, спрятав за лиф, Ассоль уткнула лицо
в ладони, из-под которых неудержимо рвалась улыбка, и, опустив голову, медленно пошла обратной дорогой.
Возвращаясь на пристань, мы видели
в толпе китайцев женщину, которая,
держа голого ребенка на руках, мочила
пальцы во рту и немилосердно щипала ему спину вдоль позвоночного хребта.
Дед
пальцем показывал рулевым, как
держать в пролив между ними.
И, показав ему обе радужные кредитки, которые все время,
в продолжение всего разговора,
держал обе вместе за уголок большим и указательным
пальцами правой руки, он вдруг с каким-то остервенением схватил их, смял и крепко зажал
в кулаке правой руки.
Входя
в суд, он
держал руки с оттопыренными большими
пальцами, напряженно вытянутыми по швам, придерживая этим положением спускавшиеся слишком длинные рукава.
— Что же тут дурного? Я вам
в нашей литературе укажу на проект одного немецкого писателя, который прямо предлагает, чтобы это не считалось преступлением, и возможен был брак между мужчинами, — сказал Сковородников, жадно с всхлюпыванием затягиваясь смятой папиросой, которую он
держал между корнями
пальцев у ладони, и громко захохотал.
Она шила
в очках и
держала в больших рабочих руках иголку по-крестьянски, тремя
пальцами и острием к себе.
Бабушка глядела
в сторону и грустно молчала. Райский,
держа двумя средними
пальцами вилку, задумчиво ударял ею по тарелке. Он тоже ничего не ел и угрюмо молчал. Только Марфенька с Викентьевым ели все, что подавали, и без умолку болтали.
— Я очень обрадовалась вам, брат, все смотрела
в окно, прислушиваясь к стуку экипажей… — сказала она и, наклонив голову,
в раздумье, тише пошла подле него, все
держа свою руку на его плече и по временам сжимая сильно, как птицы когти, свои тонкие
пальцы.
Он роется
в памяти и смутно дорывается, что
держала его когда-то мать, и он, прижавшись щекой к ее груди, следил, как она перебирала
пальцами клавиши, как носились плачущие или резвые звуки, слышал, как билось у ней
в груди сердце.
Обязанность ее, когда Татьяна Марковна сидела
в своей комнате, стоять, плотно прижавшись
в уголке у двери, и вязать чулок,
держа клубок под мышкой, но стоять смирно, не шевелясь, чуть дыша и по возможности не спуская с барыни глаз, чтоб тотчас броситься, если барыня укажет ей
пальцем, подать платок, затворить или отворить дверь, или велит позвать кого-нибудь.
На одной сидит человек с намыленным подбородком, другой
держит его указательным и большим
пальцами за нос, подняв ему голову, а сам, наклонившись к нему, заносит правой рукой бритву, наполовину
в мыле.
Как-то днем захожу к Ольге Петровне. Она обмывает
в тазике покрытую язвами ручонку двухлетнего ребенка, которого
держит на руках грязная нищенка, баба лет сорока. У мальчика совсем отгнили два
пальца: средний и безымянный. Мальчик тихо всхлипывал и таращил на меня глаза: правый глаз был зеленый, левый — карий. Баба ругалась: «У, каторжный, дармоедина! Удавить тебя мало».
И вот мы опять едем тем же проселком; открывается знакомый бор и гора, покрытая орешником, а тут и брод через реку, этот брод, приводивший меня двадцать лет тому назад
в восторг, — вода брызжет, мелкие камни хрустят, кучера кричат, лошади упираются… ну вот и село, и дом священника, где он сиживал на лавочке
в буром подряснике, простодушный, добрый, рыжеватый, вечно
в поту, всегда что-нибудь прикусывавший и постоянно одержимый икотой; вот и канцелярия, где земский Василий Епифанов, никогда не бывавший трезвым, писал свои отчеты, скорчившись над бумагой и
держа перо у самого конца, круто подогнувши третий
палец под него.
Утром я варил с помощью жандарма
в печке кофей; часов
в десять являлся дежурный офицер, внося с собой несколько кубических футов мороза, гремя саблей,
в перчатках, с огромными обшлагами,
в каске и шинели;
в час жандарм приносил грязную салфетку и чашку супа, которую он
держал всегда за края, так что два большие
пальца были приметно чище остальных.
Он обнял меня за шею горячей, влажной рукою и через плечо мое тыкал
пальцем в буквы,
держа книжку под носом моим. От него жарко пахло уксусом, потом и печеным луком, я почти задыхался, а он, приходя
в ярость, хрипел и кричал
в ухо мне...
Он сам кормил ребенка,
держа его на коленях у себя, — пожует картофеля, хлеба и кривым
пальцем сунет
в ротик Коли, пачкая тонкие его губы и остренький подбородок. Покормив немного, дед приподнимал рубашонку мальчика, тыкал
пальцем в его вздутый животик и вслух соображал...
Нянька Евгенья, присев на корточки, вставляла
в руку Ивана тонкую свечу; Иван не
держал ее, свеча падала, кисточка огня тонула
в крови; нянька, подняв ее, отирала концом запона и снова пыталась укрепить
в беспокойных
пальцах.
В кухне плавал качающий шёпот; он, как ветер, толкал меня с порога, но я крепко держался за скобу двери.
Хлеб был
в самом деле ужасный. При взломе он отсвечивал на солнце мельчайшими капельками воды, прилипал к
пальцам и имел вид грязной, осклизлой массы, которую неприятно было
держать в руках. Мне было поднесено несколько порций, и весь хлеб был одинаково недопечен, из дурно смолотой муки и, очевидно, с невероятным припеком. Пекли его
в Ново-Михайловке под наблюдением старшего надзирателя Давыдова.
Но это не мешало ему иметь доступ
в лучшие московские дома, потому что он был щеголь, прекрасно одевался,
держал отличный экипаж, сыпал деньгами, и на
пальцах его рук, тонких и безукоризненно белых, всегда блестело несколько перстней с ценными бриллиантами.
Голоса Лотоцкого давно уже не было слышно, голова его запрокинулась на спинку учительского кресла, и только белая рука с ослепительной манжеткой отбивала
в воздухе такт карандашом, который он
держал в двух
пальцах…
И даже топнула на него ногой. Затем дверь захлопнулась и уже заперлась на замок. Стебельков, все еще
держа меня за плечо, поднял
палец и, раздвинув рот
в длинную раздумчивую улыбку, уперся
в меня вопросительным взглядом.
Доктора, с мрачными лицами и засученными рукавами, стоя на коленах перед ранеными, около которых фелдшера
держали свечи, всовывали
пальцы в пульные раны, ощупывая их, и переворачивали отбитые висевшие члены, несмотря на ужасные стоны и мольбы страдальцев.
Держал себя Пархоменко весьма развязным и весьма нескладным развихляем, питал национальное предубеждение против носовых платков и
в силу того беспрестанно дергал левою щекою и носом, а
в минуты размышления с особенным тщанием и ловкостью выдавливал
пальцем свой правый глаз.
Молча взял Николай Ильич из рук своей свояченицы стакан чая, налил себе на блюдечко и,
держа его пятью
пальцами «по-купечески», аппетитно стал прихлебывать, изредка отправляя к рот мелко наколотые кусочки сахара, стоявшего перед ним
в глиняной вазочке.
В красных, грубых руках с короткими
пальцами он
держал мягкую войлочную шляпу.
Бездарнее и отвратительнее сыграть эту роль было невозможно, хотя артист и старался говорить некоторые характерные фразы громко,
держал известным образом по-купечески большой
палец на руке, ударял себя при патетических восклицаниях
в грудь и прикладывал
в чувствительных местах руку к виску; но все это выходило только кривляканьем, и кривляканьем самой грубой и неподвижной натуры, так что артист, видимо, родился таскать кули с мукою, но никак уж не на театре играть.
Кроме литературной работы, у Вихрова было много и других хлопот; прежде всего он решился перекрасить
в доме потолки, оклеить новыми обоями стены и перебить мебель.
В местности, где находилось Воздвиженское, были всякого рода мастеровые. Вихров поручил их приискать Кирьяну, который прежде всего привел к барину худенького, мозглявого, с редкими волосами, мастерового, с лицом почти помешанным и с длинными худыми руками,
пальцы которых он
держал немного согнутыми.